В тревоге сад — грозит захват

Слухи о том, что часть территорий Ботанического сада имени Энвера Гареева собираются отдать в частные руки, вновь ходят по Бишкеку. Корреспонденты “Вечерки” попытались выяснить, насколько реальны надежды жаждущих получить кусочек столичной землицы, и не пора ли уже ученым бить тревогу? Добытая информация нас, увы, совсем не обрадовала.

Руководство Ботсада утверждает, что мэрия пытается отобрать часть его территории… под частную застройку?! «Добро пожаловать!» или «Посторонним вход воспрещен!» Начнем с того, что дозвониться в научное учреждение нам так и не удалось. Все телефоны оказались в тот момент отключены за неуплату. (Сейчас связь восстановлена.) Посему прибыли на место, как говорится, наудачу. Вдруг кого застанем на месте.

Приехали на верхние участки сада. Ворота, выходящие на улицу Ахунбаева, оказались гостеприимно распахнуты. Редакционную машину никто не остановил. До двухэтажного административного здания добрались в гордом одиночестве. Директора Ботсада, доктора биологичских наук, профессора Ишенбая Содомбекова, увы, не застали. Зато немного прогулялись по территории. Бросились в глаза сохнущие деревья, различный мусор, пластиковые бутылки и прочие “красоты”.

Например, белье на веревках, растянутых между деревьями. — Вы здесь и живете? — обратились мы к занимающимся своими делами людям, техническим сотрудникам Ботсада. — Да, тут. — А ворота, что, вообще не запираются? Сторож–то есть? — Сторож в будке должен сидеть. А ворота на ночь закрываем. Подождав еще немного и выпытав у секретаря домашний телефон директора, мы удалились, все же надеясь на будущую встречу с ним и познавательный разговор. Шок для депутатских кошельков Второе посещение уникального зеленого массива столицы оказалось более продуктивным.

Директор нас уже ждал и лично сопровождал в путешествии по саду. — Сейчас вход бесплатный, — ответил Ишенбай Содомбекович на первый интересовавший нас вопрос. — Весной я издал приказ, согласно которому за вход на территорию сада с первого мая нужно было заплатить пять сомов. Цену подняли в прошлом году. Раньше было всего три. Приходят простые горожане, школьники, студенты. В основном интересуются участками в центре города, где расположены оранжереи с тропическими и субтропическими обитателями и данная территория.

Здесь собраны краснокнижные растения Северного полушария. Но осенью и зимой на экскурсию практически никто не ходит, поэтому и плата отменена. Небольшая вырученная в весенне–летний период сумма — подспорье к заработной плате сотрудникам. Кстати, она совсем невелика. У младшего научного сотрудника всего 1500 сомов. Поэтому ученая молодежь не горит желанием получить работу в саду. Умелых рук и умных голов катастрофически не хватает.

Проехав весь средний участок и не встретив ни единой живой души, останавливаемся у разрушенной теплицы. — Вот какой кошмар, а на восстановление средств нет, — сетует директор. — За то, чтобы в оранжерею на Горького подавалась электроэнергия, ежегодно платим 150 тысяч сомов. Здешнее двухэтажное здание, в котором сидят сотрудники, не отапливается лет пятнадцать. Выживаем. Нужны средства на поливную воду, содержание техники, ГСМ, удобрения, химикаты. Теплицей одно время интересовались местные и китайские коммерсанты. Приходили к Содомбекову депутаты с толстыми кошельками. Хотели восстановить теплицу, выращивать розы. Но идея так и осталась идеей. Провести сюда новые теплотрассы оказалось слишком дорого.

Мэр, ты не прав!

Мы, естественно, сочувствуем бескорыстным энтузиастам, таким, как, например, наш второй гид, кандидат биологических наук, заведующий лабораторией биологии плодовых растений Игорь Васильевич Солдатов. Этот человек, бывает, по четыре раза на день пешком преодолевает расстояние в 2–3 километра, чтобы попасть на свои территории. Многие работают без выходных, так как не могут оставить зеленых подопечных без присмотра. Сам директор берет в руки то кетмень, то лопату и возится в земле.

А что делать?! — Как охраняется эта огромная территория? — интересуемся мы у Ишенбая Содомбековича. — На верхнем участке постоянно дежурит конная милиция — двадцать всадников. За 600 сомов кто пойдет в охранники? У нас таких всего двое, стерегут контору. Сами сотрудники присматривают, поэтому и живут здесь. Всего десять семей. В прошлом году после мартовской революции на нас обрушился шквал звонков. Люди, утверждали, что территорию Ботсада захватывают. На самом деле это ребята–пограничники помогали нам возводить забор.

— Что за слухи относительно передачи земли Ботсада в частные руки? — По моим сведениям, некоторое время назад мэр Бишкека Арстанбек Ногоев написал письмо премьер–министру страны, в котором содержалась просьба передать заброшенные участки в собственность мэрии. Уже якобы готов проект соответствующего распоряжения. Сейчас мы готовим письмо–протест. Территория Ботанического сада по закону является особо охраняемой. К муниципальной собственности относятся только парки, скверы, газоны. Ботанический сад — достояние республики. Его сохранность имеет национальное значение.

Если сегодня отдадим даже два гектара, они тут же пойдут под индивидуальное строительство. Генофонд растений погибнет. А завтра придут другие застройщики и будут просить еще. Кетмень бандиту не указ Несмотря на бедственное положение, Ботсад занимается благотворительностью. Сюда постоянно обращаются за саженцами руководители школ, интернатов, других учреждений. “Оказываем помощь на 90–100 тысяч сомов ежегодно. А сами голодаем! — жалуются биологи. — Еще и по голове бьют. Чуть что, кричат: “Куда смотрят сотрудники? Ботсад запустили!”. А что мы можем сделать?”.

И правда, что могут сделать ученые, дело которых не решать сложные экономические задачи выхода из кризиса, а заниматься практической наукой. Кыргызские биологи давно забыли о кандидатских и докторских. Времени нет. В командировки выезжают лишь благодаря международным проектам. Новые семена получают от коллег из–за границы. — А не боитесь находиться здесь одна? — спрашиваем у научного сотрудника лаборатории экспериментальной ботаники и фитотехнологии Розы Абышовны Бейшенбаевой. — Боимся, конечно. Наверное, нас кто–то хранит.

На открытых участках еще ничего. А наши женщины в самые дебри забираются. Вот где страшно. — Да, у нас тут всякое бывало, — добавляет Ишенбай Содомбекович. — На одного профессора напали пьяные ребята, избили, он даже в больнице лежал. На водителя, охранников нападали. Тут и наркоманов можно встретить. Звонят милиционеры, пожарные. Говорят, что у нас на дальнем участке кто–то оружие спрятал. Мы же за всем не уследим.

Каждый день иду на работу и думаю: “Хоть бы сегодня обошлось без ЧП!”. независимое мнение Елена Громова, бывший научный сотрудник Ботанического сада — Вы насчет того, что землю у нас хотят оттяпать?! Такое вполне может случиться. Ведь охраны на территории практически нет. Любой, кто захочет, сможет войти. На участки, расположенные в центре города, никто не покушается, а вот верхние — лакомый кусок. Но тут палка о двух концах. Может, и лучше отдать землю в частные руки. Тогда, возможно, будет какой–то уход. Ведь сейчас все запущено.

А чисто не там, где убирают, а там, где не сорят. С другой стороны столько труда было сюда вложено, столько лет собирались коллекции! Если бы не конная милиция, наверное, ничего бы уже не осталось. Перед каждым Новым годом по традиции все сотрудники охраняют елки. Как привлечь внимание государства к проблемам Ботсада? Например, теплицу с тропическими растениями в этом году поморозили. Ремонт затянулся, отопление включили только в декабре. Раньше было 300 видов экзотических растений, теперь половины как не бывало. Трудятся в Ботсаду одни энтузиасты. А ведь работы — непочатый край. И жаловаться толку нет.

Поднимается шум, в руководстве Академии наук начинают ругать директора, он — простых сотрудников. А ситуация не меняется. кстати Лаборатории и территории Ботанический сад имени Энвера Гареева позиционирует себя как ведущее научное учреждение республики, в котором ведутся фундаментальные и прикладные исследования по проблеме “Интродукция и акклиматизация растений в Кыргызстане”. Подчиняется непосредственно руководству Национальной академии наук Кыргызской Республики на правах научного института.

Бишкекский Ботанический сад был создан в 1938 году, то есть в 2008–м должен отметить свое семидесятилетие. В 1964–м ему присвоен статус научно–исследовательского института. В настоящее время действует несколько лабораторий. Древесных и кустарниковых растений. Создана одной из первых. Ведет исследования в двух дендрариях. В дендрарии–заповеднике насчитывается около 200 видов и форм древесных и кустарниковых растений — представителей умеренных областей земного шара. В дендрарии родовых комплексов — 34 рода.

Ведется обмен семенами с садами ближнего и дальнего зарубежья. Цветочно–декоративных растений. Была организована в 1964 году. Но коллекции декоративных травянистых растений, роз, а также тропических и субтропических культур начали создавать уже с 1952 года. Здесь ведется селекционная работа по созданию высокодекоративных, приспособленных к условиям нашей республики сортов гладиолуса, примулы, пиона. Биологии плодовых растений. Учеными собраны коллекции плодовых растений: 130 сортов яблони, 20 — груши, 15 — абрикоса, 34 — алычи. Также выделено и находится в изучении 90 гибридных сортов яблони, 47 — сливы.

Физиологии растений. Возникла в 1975 году. Специалисты заняты изучением физиологии устойчивости и приспособления растений к неблагоприятным условиям внешней среды при интродукции. Научно–производственный центр “Кыргыз жангак”. Создан на базе НАН КР в 1998 году. При современном стремлении человечества к потреблению натуральных, экологически чистых продуктов имеется реальная возможность пополнять рынок ингредиентами для пищевой, фармацевтической, парфюмерной, медицинской и ветеринарной промышленности.

Например, использовать различные части грецкого ореха: плоды, листья, скорлупу, ядра и прочее. Исследованиями в этой области и занимаются специалисты центра. Лаборатория экспериментальной ботаники и фитотехнологии. Была организована в 2003 году. Ученые занимаются интродукцией лекарственных, пряно–ароматических, газонных, почвопокровных растений и роз. Разрабатывают технологии производства продукции из растительного сырья. *** Общая территория бишкекского Ботанического сада — 148 гектаров. Работает здесь всего 23 (!) научных сотрудника. Есть филиал в пять гектаров в Нарыне. Там трудятся… два человека. а так у них Для сравнения: Ботсад в Ташкенте занимает всего 66 гектаров, а работают там 260 человек. Из них 20 с лишним докторов наук.

«ВБ», Анастасия КАРЕЛИНА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.